Гади Айзенкот не стал долго тянуть с демонстрацией своих приоритетов. В первый же день работы Кнессета 26-го созыва его партия «Яшар» вместе с другими фракциями внесла законопроекты о создании государственной комиссии по расследованию резни 7 октября, об ограничении срока пребывания премьер-министров в должности и об отмене крупных институциональных реформ, проведённых при Биньямине Нетаньяху.
На бумаге эти меры преподносятся как попытка восстановить подотчётность и укрепить демократические институты. На практике же их время, политический контекст и возможные последствия вызывают серьёзные вопросы о здравомыслии Айзенкота и о его приоритетах.
Израиль заслуживает того, чтобы за 7 октября кто-то понёс ответственность. Он также заслуживает правительства, способного защищать национальные интересы страны, не ставя своё политическое выживание в зависимость от партий, чьи позиции в корне противоречат её стратегическим приоритетам.
Эти две цели никогда не должны исключать друг друга.
Зверства 7 октября 2023 года — один из самых тяжёлых провалов в истории Израиля. Расследовать политические, военные, разведывательные и институциональные решения, предшествовавшие резне, не просто уместно — это необходимо.
Но ответственность не может начинаться и заканчиваться Биньямином Нетаньяху.
Сам Айзенкот занимал пост начальника Генштаба ЦАХАЛ с 2015 по 2019 год — в период, когда израильский силовой аппарат исходил из представлений о ХАМАС, заслуживающих всестороннего изучения.
Эта история не доказывает его личной ответственности за 7 октября. Однако она делает неизбежным более широкий вывод: любое заслуживающее доверия расследование должно изучить институты, доктрины и решения, на протяжении многих лет определявшие положение Израиля в сфере безопасности.
Серьёзное расследование не должно ограждать от проверки ни политиков, ни генералов, ни представителей разведки, ни бывших военачальников.
Поэтому независимость предлагаемой комиссии, её полномочия и порядок назначения её членов нужно оценивать очень внимательно. Семьи жертв 7 октября заслуживают ответов, а не политического инструмента, замаскированного под установление ответственности.
Законодательная повестка Айзенкота выходит далеко за рамки 7 октября.
Ограничение сроков полномочий, изменения в управлении судебной системой, ограничения исполнительной власти и отмена реформ прежнего правительства теперь продвигаются одновременно — как часть более широкой попытки перекроить политические институты Израиля.
Некоторые из этих мер заслуживают серьёзного парламентского обсуждения. Но их одновременное внесение — в тот момент, когда Айзенкот пытается сформировать правительство, — создаёт безошибочное впечатление политической кампании, выстроенной вокруг демонтажа наследия Нетаньяху.
Противостоять Нетаньяху — законная политическая позиция.
Выстраивать всю стратегию управления вокруг исключения одного человека — совсем другое дело.
Израиль сталкивается с угрозами безопасности, региональной нестабильностью, трудными экономическими решениями и нерешёнными вопросами о своём долгосрочном стратегическом курсе.
Эти вызовы требуют руководства, основанного на последовательной политике, а не на политической обиде.
Деятельность Нетаньяху открыта для критики, но несогласие с ним не оправдывает того, чтобы считать сотрудничество с «Ликудом» заведомо неприемлемым и при этом прощупывать альтернативные парламентские конструкции с партиями, позиции которых, возможно, примирить куда труднее.
Именно здесь политические расчёты Айзенкота становятся особенно тревожными.
По итогам выборов в октябре 2026 года ни блок Нетаньяху, ни сионистский альянс Айзенкота не получили парламентского большинства. В результате у партий, возглавляемых арабами, достаточно мандатов, чтобы потенциально решать, сможет ли выжить альтернативное правительство.
Среди них — РААМ, исламистская политическая партия во главе с Мансуром Аббасом.
В сентябре Айзенкот публично заявил, что РААМ не войдёт в возглавляемое им правительство, если не примет условия, включающие признание Израиля еврейским и демократическим государством и признание того, что ХАМАС — террористическая организация, которую необходимо уничтожить.
Однако не пускать партию в правительство — не то же самое, что отказаться от её поддержки в парламенте.
Правительство меньшинства может оставаться политически зависимым от внешних голосов, даже если партии, обеспечивающие эти голоса, не получают министерских портфелей.
Это различие имеет огромное значение.
Если Айзенкот откажется от соглашения о национальном единстве с Нетаньяху, но в итоге опрётся на внешнюю поддержку РААМ или Объединённого арабского списка, он будет обязан дать израильской общественности убедительное объяснение.
Каких политических компромиссов потребует такая конструкция? Какие решения в сфере национальной безопасности могут оказаться уязвимыми для парламентского давления? И как он совместит провозглашённые им принципы с практическими требованиями удержания власти?
Это вопросы о политических партиях, их политике и их возможном влиянии на правительство, а не об этническом происхождении или вероисповедании граждан Израиля.
Вопрос не в том, должны ли арабские граждане участвовать в израильской демократии. У них есть полное право на политическое представительство.
Вопрос в том, должен ли премьер-министр создавать правительство, выживание которого зависит от парламентских фракций, отвергающих ключевые элементы его повестки в сфере национальной безопасности.
Существует альтернатива, принять которую Айзенкот, судя по всему, не спешит: всерьёз договариваться с Нетаньяху и другими сионистскими партиями о создании правительства на основе общих национальных приоритетов.
Такие переговоры, несомненно, потребуют компромиссов.
Но компромисс с политическим соперником не должен автоматически считаться менее приемлемым, чем зависимость от партий, позиции которых по вопросам национальной идентичности Израиля и его стратегии безопасности принципиально расходятся.
Страна пережила войну, внутреннюю поляризацию и глубокую национальную травму.
Её политические лидеры должны уметь отличать личное соперничество от обязанностей национального руководства.
Айзенкот, бывший начальник Генштаба ЦАХАЛ, лучше многих понимает, что стратегические решения следует оценивать по их последствиям, а не по их эмоциональной притягательности.
Тот же критерий должен применяться и к его политическим решениям.
Израиль не может позволить себе руководство, определяемое одной лишь оппозиционностью
Комиссия по расследованию, возможно, необходима. Институциональную реформу можно обсуждать. Политическая ответственность должна оставаться демократическим принципом.
Но ни одна из этих целей не оправдывает стратегии управления, построенной прежде всего вокруг недопущения возвращения Нетаньяху к власти.
Айзенкот должен показать, что у него есть жизнеспособный план управления Израилем, а не просто парламентская формула для победы над политическим противником.
Ему следует объяснить, каковы пределы любой возможной договорённости с партиями, возглавляемыми арабами, от каких принципов безопасности он не отступит ни при каких условиях и почему сотрудничество с блоком Нетаньяху менее приемлемо, чем правительство, зависящее от внешней поддержки фракций с противоположными национальными приоритетами.
В конечном счёте мерило лидерства — не то, насколько эффективно политик способен изолировать своего соперника.
А то, сможет ли созданное им правительство защитить страну, отстоять её основополагающие принципы и принимать трудные решения, не жертвуя национальными интересами ради выживания в парламенте.
Израиль заслуживает правительства, построенного вокруг его будущего, а не такого, которое держится лишь на противостоянии Биньямину Нетаньяху.
Комментарии
Добавить свой голосКомментариев пока нет.